Ивановна (Сутамская партия)
Меню сайта


Для нас важно
Какого рода мероприятия интересуют вас больше всего?
Всего ответов: 1


Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Добро пожаловать, Гость · RSS 28.06.2017, 07:27

Ивановна


   Посередине заснеженной, оттого почти бескрайней взлётно-посадочной полосы безмолвно замер самолёт Ан-2. Народ, который только что здесь толпился, весело встречая прибывших из Алдана товарищей, разгружал самолёт, разбирал письма и посылки, вдруг как-то разом разошёлся по домам. И лётчики ушли в посёлок – взять в пекарне по буханке тёплого, пышного хлеба геологов. В этой шумной сутолоке никто особо не обратил внимания на прилетевшую маленькую, хрупкую девушку-якутку, не позвал за собой. И она осталась одна возле самолёта, растерянная, не зная, куда идти.
   Тут послышался глухой звук боталы (нашейный колокольчик у оленя), топот копыт, скрип полозьев, и из леса на полосу стремительно выскочили олени, запряжённые в нарты. На передних нартах вместе с оленеводом сидел её муж, подбоченясь красиво, подобно песенному корнету.
   Так приехала моя жена, Рита, в марте 1978 года ко мне в Сутамскую партию по окончании Якутского медицинского училища. Так встретил её я и на оленях увёз на участок горных работ на Петровский ключ (Правая Джелинда).
   Когда по окончании шурфовочного сезона мы с Ритой в Алдане и Чульмане подняли в районных управлениях здравоохранения вопрос о необходимости открытия в Сутамской партии медпункта, то сначала встретили отказ. Алданский райздрав отказывал нам в открытии фельдшерско-акушерского пункта (ФАП) на том основании, что партия наша работала на территории другого административного района. В Чульмане же нам отказывали, потому что экспедиция наша не относилась к предприятиям Нерюнгринского района.
   Но по молодости лет не боявшиеся чиновничьих препон и высоких парадных крылец, мы поехали в Якутск и попали на приём к заместителю министра здравоохранения республики. Заместитель министра выслушал нас внимательно и решил этот вопрос скоро и просто, распорядившись предусмотреть в следующем году в смете райздрава Нерюнгринского района содержание ФАП в Сутамской партии ТУГРЭ.
   Летом следующего, 1979, года на старой базе партии (на Левой Джелинде) мужики построили здание для медпункта, во второй половине которого стала жить наша молодая семья уже из трёх человек. К тому времени у нас родилась старшая дочь Сардана, которую мы осенью, в девятимесячном возрасте, привезли в партию.
   Здание медпункта было построено из деревьев, не относящихся к строительному лесу, потому как такого леса в округе уже давно не осталось. Да и квалификация строителей, надо полагать, оставляла желать много лучшего. Дом зимой оказался очень холодным, и приемлемая для жизни температура в нём поддерживалась только благодаря хорошей железной печи, которую мы топили круглосуточно, и огромным сугробам снега, которыми мы снаружи завалили стены нашего жилища.
   Но видели бы вы, какие были важные лица у наших мужиков, когда они летом строили наш дом, с каким достоинством они держали себя перед многочисленными «проверяющими» (их же товарищами), которые каждый день приходили «на объект»!
   Начало работы медпункта ознаменовалось вдруг разразившимся массовым заболеванием среди рабочих. Очевидно, на людей подействовал некий психологический фактор – многие захотели почувствовать себя больными, получить медицинскую помощь, «посидеть на больничном». Начальник партии даже пытался запретить фельдшеру открывать больничные листы заболевшим, так как выполняемые партией работы оказались под угрозой срыва из-за нехватки рабочих рук. Но что она могла сделать, если человек обращался за помощью с действительными симптомами ОРЗ? Но прошёл месяц, народ привык к существованию в партии медпункта, и число больных резко пошло на спад.
   Рита наблюдала за здоровьем детей работников партии, которые жили на базе, делала им обязательные прививки. При надобности обращались к ней за помощью и работники нашей партии, и старатели артели «Амга», посёлок которых отстоял от нас в двух километрах ниже по течению ручья. Были случаи, когда того или иного работника, прибывшего с Алдана после продолжительного «бича», приходилось выводить из белой горячки. Рита ставила укол, от которого больной спал сутки и более, и галлюцинации его проходили. После этого было надобно только, чтобы человек, доведший себя за время разгульного «отдыха» до сильного истощения, отъедался и набирался сил.
   Из не совсем обычных случаев обращения в медпункт работников партии запомнились мне, как Саша Русляков, молоденький проходчик шурфов, при работе с бензопилой «Дружба» по неосторожности порезал предплечье, и рану ему Рите пришлось зашивать; как Сергей Панов, тоже проходчик шурфов, получил обширные ожоги спины при пожаре в палатке, в которой он спал, и фельдшер опять сама, без отправки больного в Алдан, справилась, вылечив его в полевых условиях.
   За это рабочие Риту уважали и называли её – «Ивановна». А «Ивановне» в то время шёл только двадцать четвёртый год.
   После Риты в медпункте Сутамской партии ряд лет проработала Мартынюк Татьяна Викторовна, приехавшая из Приморского края, и тоже выпускница медицинского училища.

В. Чемезов.

«Алданский рабочий», № 183, от 7 декабря 2011.
© 2010-2016 Aldanweb 16+
Сайт управляется системой uCoz